КРЫМ. БАХЧИСАРАЙ. ХАНСКИЙ ДВОРЕЦ

крым

Наконец-то наступила осень, и мы с приятелями и решили мало прокатиться по Крыму. Летом это страшно и неприятно от обилия туристов, зимний период через чур мрачно, а в осеннюю пору в самый раз.

В компании с нами был превосходный крымский фотограф А. Чугуй.Итак, фактически Бахчисарай. Крыши Ханского дворца

Город разделен на ветхий и новый, новый город мало чем примечателен, а вот ветхий город весьма колоритен.Ветхий город пребывать в ущелье. Вид весьма красив и красив, помимо этого, нам показалось, что в том месте как то комфортнее и теплей, чем на вокзале.

Как сообщили местные обитатели – при выборе места постройки дворца намерено развешивали в различных местах куски сырого мяса, и в том месте где оно продолжительнее всего сохранялось, строили дворец, город и по большому счету жилье.  Горы, окружающие Бахчисарай, весьма прекрасны.Но, погода скоро испортилась, и уют растворился.

  Довольно современная постройка ветхого городаОдин из мостов перед дворцомБезымянный родникНастоящий Ветхий город, как он имеется

Автомобиль тут не проедетА тут люди живут. Прямо около дворцаАбориген

По окончании маленькой экскурсии по городу пошли в Бахчисарайский дворец. Как выяснилось в том месте выходной, но мы уладили вопрос.

Нам выпала редкая возможность неспешно побродить по дворцу, без толпы около. К тому же солнышко вышло снова, и стало совсем превосходно.

 Бахчисарайский дворец. Внутренний двор.Для начала мы попали в музейный фонд, к сожалению, не в оружейный (в том направлении не разрешили войти), а в археологический. Вот оно, археологическое счастье

Комплект посуды. 2 в до н.э. 5 н.эПосуда по большей части склеенная.

По слова работника музея – человека, погибшего в то время хоронили со всем его скарбом, (включая рабов и жён, нежели таковые были) но перед тем как засыпать почвой все это разбивалось и ломалось на кусочки. Рабочий стол работника музеяОбратите внимание на кинжал на столе. Сокровище его выше ввиду того, что он металлический и дожил до наших дней, что по большому счету большая редкость, железо весьма скоро преобразовывается в ржавчину.

 Медная фибула, литаяЛатунь все-таки лучше сохраняется, чем железо. Стела «Наездники» датируется 1-2 в до н.э.Карточка стелы «Наездники»

Плита с историей подвигаКарточка с расшифровкой подвигаВыходим из фондов и направляемся на кладбище (мезарлык).

 Дворцовое кладбищеНа надгробьях различные фигуры, для мужчин – тюрбан, для дам, что-то наподобие шляпы.

Потом проходим в баню. Баня. Женская и мужская

Один из восстановленных объектов дворца. Баня в жизни хана и его приближенных занимала большую часть, как минимум, пять ежедневно, они её посещали. Предбанник

В предбаннике визитёры проводили солидную часть времени. Место купания, раковина

Часть пола отсутствует, для демонстрации совокупности обогрева посредством циркуляции теплого воздуха. Трубы к кранам раковин проходили в стенках.

Комфорт был на самом высоком уровне. Потолок места купания, отверстия для вентиляции и освещения

По окончании визита бани мы направились в ханскую ложу в мечети. Тут он молился в одиночестве.

  Вход в ханскую ложуЛожа расписана орнаментом и выложена плиткой

Обратите внимание на рисунок между окнами на левой стенке – он говорит о востоке – направление для молящегося. Кафедра муллы, фото с ложи хана

Кафедра – место с которого мулла обращался к правоверным. на данный момент мечеть и ложа поделены окном со стеклами.Потом направляемся в Соколиную башню.  Соколиная башня. За деревом 🙂 Из-за чего она Соколиная точно неизвестно, имеется 2 предположения: первое, что в том месте держали соколов для охоты, второе, что легко оттуда прекрасно видно около.

  В башня безлюдная, в том месте лишь смотровая площадка и лестница.Смотровая площадка.

Оконные проемы декорированы средневековыми жалюзями.Вид с площадки вправду превосходный.На этом экскурсия была закончена, были ещё чебуреки, разные напитки и шурпа, но это вряд ли кому то весьма интересно. 🙂

Несколько слов о том, за чей счёт был целый данный банкет:Начнем с записок турецкого путешественника Эвлии Челеби, побывавшего в Крыму в шестидесятых годах XVII века. Его тяжело заподозрить в предвзятости. О крымских татарах он отзывался в основном в отличных тонах, всячески превознося их воинские доблести.

Ниже приведен фрагмент из «Книги путешествия» Челеби.«Все неверные в собственных государствах опасаются татар… На все четыре стороны света они идут на страны неверных, обреченных попасть в преисподняя, грабят их и уводят, стенающих, в плен.

Они захватывают детей и взрослых, дочерей и жён. Пленников с связанными ногами и разбитыми сердцами они всячески мучают, кормят их конской кожей, кишками и внутренностями. Всех неверных с родственниками и детьми они отправляют в почвы ислама, где те заслуживают счастья быть обращенными в мусульманство…»Упоминает Эвлия Челеби и о невольничьем рынке в Гезлеве (нынешней Евпатории): «Невольничий рынок находится за воротами порта.

Ежедневно в том месте продается большое количество возлюбленных красавцев и сотен невольниц».Собственные наблюдения покинул для потомков и литовский посол в Крыму Михалон Литвин (XVI век). Вот цитата, которая дает ясное представление об главном, выражаясь современным языком, источнике доходов крымцев:«И не смотря на то, что обладают перекопские татары скотом, обильно плодящимся, все же они богаче чужеземными рабами-невольниками, из-за чего и снабжают ими и другие почвы. Так как у них не столько скота, сколько невольников…

Потому что все их места и торги сбора податей полнятся лишь товаром этого рода, на что к тому же у них неизменно спрос, он годится и для торговли, и для залога, и для подарка…»Наблюдения литовского посланника подтверждаются записями в так называемых кадиаскерских книгах — а это документы, лишенные всяких чувств и лишь фиксирующие факты и цифры.

Вот пример одной из таких записей: «Реализовал этому Халил Аге честной продажею хлебопахотную и пастбищную почву… с тремя казаками и одной невольницей и двумя урожденными невольниками, 25 головами рогатого скота, тремя чугунными казанами».Как видим, невольники в перечне стоят в одном последовательности со скотом и другим движимым и недвижимым имуществом, владельцем которого стал некто Халил Ага.

Очень красноречиво Михалон Литвин обрисовывает и положение невольников: «Многие из этих несчастных, в особенности, сильные мужчины, либо подвергаются кастрации, либо же им обрезают ноздри и уши, клеймят их на щеках и на лбу и, заковав в путы, заставляют томиться днем на работах, а на ночь закрывают в темницу. Они принуждены ограничиваться скудною пищей, складывающейся из мяса — падали, гнилого, покрытого червями и вселяющего отвращение кроме того псам».Масштабы работорговли, которую вели крымцы в XVI—XVII столетиях, огромны.

Согласно точки зрения историков, лишь за первую половину XVII века и лишь из русских земель в полон было угнано 150—200 тысяч людей (все население Великого Столичного Княжества тогда составляло7 миллионов). Утраты Украины еще больше: всего лишь за три года (1654—1657) в крымское рабство попали 50 тысяч людей. Крымцы совершали набеги кроме того «под заказ».

Русский историк Сергей Соловьев информирует, что во второй половине 40-ых годов семнадцатого века турецкий султан Ибрагим приказал крымскому хану совершить набег, дабы собрать невольников для укомплектования новых каторг (так назывались парусно-гребные суда — из этого и пришло в русский язык слово «каторга»).Еще в шестанадцатом веке русское правительство вынуждено было принять особый закон «Об искуплении военнопленных» и ввести так называемый посошный сбор, другими словами налог с каждой сохи на выкуп военнопленных. Сумма, которую платила Российская Федерация крымцам каждый год, доходила до 150 тысяч рублей.

Для сравнения: хорошая корова в Москве в те времена стоила 60 копеек. Так что работорговля была весьма удачным занятием и приносила Крымскому ханству баснословные доходы.«Они до того обогатились добычей от нередких набегов, что знатнейшие из них в достатке и пышно-сти не уступают кроме того туркам», — писал посланник польского короля Мартин Броневский, побывавший в Крыму в шестанадцатом веке.Самый дорогой раб (юный, сравнительно не так давно захваченный мужчина) стоил, согласно данным различных источников, от 120 до 200 рублей, самый недорогой (старик, проживший несколько десятков лет в Крыму) — 50 рублей.

Но, согласно точки зрения некоторых историков, как раз суперприбыльность рабовладельческого промысла и стала одной из главных обстоятельств ослабления Крымского ханства. Дело в том, что в погоне за пользой масса населения предпочитала заниматься не ремеслами либо земледелием, в частности работорговлей.«Сами татары говорили посланцам султана: «…а ведь вот имеется более 100 тысяч татар, не имеющих ни земледелия, ни торговли. В случае если им не делать набегов, чем же они жить станут?» — пишет историк Г. А. Санин.

В 15-17 столетиях в Турции, Персии, Средней Азии процветала работорговля. Всего за 16-17 век реализовано в рабство пара десятков миллионов славян. Поставщиками рабов были татары, перекупщиками — греки, итальянцы, иудеи.«Военное бессилие России было полным.

Столичное правительство, не будучи в состоянии совладать с крымскими татарами, опустошавшими низовые области и Украину собственными набегами, унизилось до платежа ежегодной дани крымскому хану! Обуздать этих степных хищников, уведших в рабство в Турцию в одном, к примеру, 1688 году более чем 70 000 человек, оно не смогло. Русскими невольниками были переполнены рынки Востока и, увы, Запада — что вечным позором ложится на "просвещенную Европу", уже тогда торговавшую людской мясом с "каннибалами" Согласно точки зрения известного слависта В.И.Ламанского, с XV века в продолжение 4 столетий (по XVIII век включительно) Великая и часть Польши и Малая Русь лишились от 3 до 5 миллионов человек обоего пола, уведенных в турецкую неволю и реализованных в рабство.Вот что он пишет по изучении архивов Венецианской республики: "Венецианские посланники XVI века говорят, что вся прислуга Константинополя у турок и у христиан складывалась из рабынь и этих русских рабов.

Не было кормилиц и нянек, в случае если крымцы продолжительно не чинили набегов на Восточную и Западную Русь. Русские рабыни видятся еще в XV века в различных городах Италии.

Не мало было русских рабов и у мамелюков в Египте. С конца XVI века , в XVII а также в XVIII столетии Венеция и Франция употребляли русских рабов на военных галерах как гребцов колодников, всегда закованных в цепи.

Кольбер особенно не жалел денег на приобретение как раз этих рабов на рынках Леванта, а Благочестивый Людовик XIV лишь время от времени прибавлял, чтобы эти "Russiens" не были "схизматик". В таких размерах совершалась в XV-XVIII столетиях торговля русскими невольницами и невольниками в Европе. Только покорением Крыма был положен финиш данной позорной для Европы торговли христианскими рабами"…… Ослабевшее Столичное государство ограничивалось только пассивной обороной: от Брянска на Каширу и Тулу — и дальше на Рязань — была совершена укрепленная сторожевая линия, оставлявшая, но, беспомощными не только новоприсоединенную Малороссию, но и коренные области Столичной Руси — нынешние Курскую, Орловскую и солидную часть Тульской губернии.

Военное дело пребывало в полном упадке, как то показываю неудачные походы Голицына на Крым.Чтобы вывести страну из этого маразма, нужна была железная рука и железная воля. Одно и второе сочеталось в младшем сыне Негромкого.

Мы не планируем тут детально излагать и осуждать реформы Петра I. Это вывело бы нас через чур за рамки отечественного скромного труда. Скажем лишь, что если бы этого Правителя не было, анархия совсем одолела бы страну, низведя "Московию" на положение какого-нибудь Бухарского ханства либо Абиссинской деспотии, поделённую на "сферы влияния". Большая часть реформ Петра были жизненно нужны, иные были излишни ( насильственная ломка быта, глумление над древними обычиями и традициями, огульно заявленными "предрассудками" и т.п. ). Кое-какие реформы, как, к примеру, упразднение патриаршества, были прямо вредны.

Армейские же мероприятия его — военная реформа, зарождение флота — отмечены печатью гения и одни уже дают ему право именоваться Великим.Но жить рабовладельческим промыслом по мере усиления могущества России становилось все тяжелее. Тем более что Турция, теснимая русскими на всех фронтах, сейчас старалась откреститься от собственного агрессивного вассала.«Крымские татары всегда были бременем для Высокой Порты, — писал турецкий политический деятель тех лет Ресми-Ахмет эфенди. — Знатокам истории как мы знаем, что татары как раз всегда были обстоятельством разрыва мира между нами и Москвой и враждебных фирм ее против Порты».

По сути дела, турки применяли Крымское ханство в собственных заинтересованностях, а позже выкинули его, как выжатый лимон.Последний набег случился во второй половине 60-ых годов восемнадцатого века, на протяжении царствования хана Крым-Гирея. Данный хан был, как сейчас модно напоминать, приверженцем европейской культуры, обожал французскую кухню и наизусть цитировал Мольера (кстати, и в поход хан выступил, подстрекаемый сейчас уже не турками, а французским посланником). Европейское образование не помешало Крым-Гирею вывести из Новой Сербии 20 тысяч невольников (эти русского историка Арсения Маркевича).

Это была лебединая песня крымских рабовладельцев. По окончании 1783 года полуостров окончательно потерял ужасную славу невольничьего рынка и неспешно начал превращаться в место отдыха, райский уголок почвы.Крымская история сложна и кровава. Собственный личный счет исторических обид имеется у каждого народа, населяющего Крым.

И в случае если мы начнем сейчас предъявлять отечественные счета друг другу, ничего хорошего из этого не выйдет. Повторюсь: не нужно в угоду политике превращать историю в сказку, в которой действуют хорошие «плохие чужие» и свои «парни».

Нужно ее таковой, какая она имеется, со противоречиями и всеми сложностями. И сделать верные выводы.

Основной из них, по-моему, содержится в том, что нельзя жить ненавистью и одними обидами. Так как история имеет страшное свойство: то в ней, на чем мы делаем упоры, оживает и делается действительностью сегодняшнего дня. Свято-Успенский Монастырь, Бахчисарай В нескольких километрах от Бахчисарая прорезало горы красивое ущелье Марьям-дере, что в переводе с татарского свидетельствует “ущелье Марии”.

Тропинка вьется по его дну среди деревьев и кустарников, по бокам поднимаются отвесные скалы. Глядя на ущелье с вершины, осознаёшь, что в прежние времена люди были умнее нас и ценили красоту природы, старались жить в гармонии с ней, исходя из этого для собственных домов, а уж тем более для монастырей они выбирали прекраснейшие места. Вот и тут большое количество столетий назад появился Успенский монастырь, один из самых древних в Крыму.

Определить время его основания сейчас не берется никто. В ученом мире существуют две версии. В соответствии с первой, монастырь основали греческие монахи-иконопочитатели, в VIII-IX столетиях бежавшие из Византии. Ущелье, чем-то похожее на старый Афон, напомнило им родные края, поразило собственной красотой, к тому же тут был источник пресной воды.

Первые монахи, поселившиеся тут, выдолбили в горе пещеры и храм-кельи — собственные новые жилища.Размещение монастыря выяснилось занимательным и удачным: он существовал как бы на границе двух миров -христианского и языческого.

В равнинах рядом от монастыря археологи нашли христианские могильники, датируемые VI веком. Эти находки косвенно подтверждают первую версию: в случае если существовали христианские поселения, то верующим необходимы были храмы с целью проведения богослужений.  О том, из-за чего Успенский монастырь показался именно на этом месте, говорят предания.

В прежние времена в ущелье пастух по имени Михаил пас стадо. Внезапно он заметил диво: на горе в семи саженях от почвы — икона Богородицы и перед нею горит свеча.

Михаил поспешил к себе и поведал о чуде хозяину. Пришли в овраг люди, с громадными почестями сняли икону и перенесли в дом, пребывавший в окрестных горах. Но утром иконы в доме не нашли: она снова была на той же горе, на том же самом месте. Тогда осознали люди, что Богоматери угодно, дабы Ее икона пребывала как раз тут.

И высекли они в горе храм, а к храму ступени и перенесли в том направлении икону. Явление святой иконы случилось 15 августа, в сутки Успения Божией матери, исходя из этого новый храм был посвящен этому событию. А ущелье стало называться Марьям-дере — ущелье Святой Марии.Второе предание говорит о злом змие, поселившемся в этих краях и пожиравшем скот и людей. генуэзцы и Греки стали молиться Пресвятой Богородице, прося высвободить их от змея. в один раз ночью они заметили на горе горящую свечу.

Дабы добраться до нее, вытесали в горе ступени и, встав по ним, заметили образ Богоматери . Рядом с иконой лежал мертвый змей. Обрадованные люди вознесли благодарение Всевышнему, змея разрубили на части и сожгли.

С того времени обитатели окрестных сёл стали приходить на гору и молиться Богородице.  На протяжении турецкого вторжения в Крым в 1475 году Успенский монастырь избежал разгрома. Скоро вблизи монастыря утвердилась новая столица Крымского ханства — Бахчисарай. Такое соседство разрешало послам, прибывавшим к хану из православных стран, молиться среди единоверцев.

Недаром в конце XV века монастырь делается резиденцией митрополита.Посол столичный историк Лызлов в собственном труде “Скифская история” говорит, что кроме того крымский хан, отправляясь в поход, обращался к покровительству Богоматери , давая слово при победе над неприятелями “известное приношение и честь образу Ее воздать”. Но, не обращая внимания на благосклонность хана, монастырь должен был выплачивать дань в ханскую казну. В те времена материальное положение монастыря было бедственным, исходя из этого монахи неоднократно обращались за помощью к русским царям.

Как мы знаем, что во второй половине 20-ых годов семнадцатого века священник Отон и другие священники монастыря представили русским послам при ханском дворе грамоту царя Федора Иоанновича, датированную 1598 годом, в которой он давал слово обители ежегодное жалование и поддержку. По словам священников, такую грамоту имели еще четыре православные церкви, но утеряли. Послы сделали копию, а грамоту вернули монахам. Копия же была направлена царю Борису Годунову.

Скоро пришел ответ, в которой Борис его сын и Годунов Федор «…приказали им (монахам) дати за нашею царскою печатью, коли попы Отон либо другой что священик от тех храмов приедут к нам в отечественное государство к Москве и им отечественного ворят, что от татарского засилья греческие церкви разорены». Остались только четыре монастыря: святого Петра и святого Георгия в Кафе, Георгиевский и Успенский. Бывали случаи, когда христианских священников преследовали.

Исходя из этого у митрополита Игнатия (Гозадини) появилась идея о переселении христиан в Россию. В первой половине 70-ых годов восемнадцатого века он обратился в Святейший Синод, а в первой половине 70-ых годов восемнадцатого века к самой императрице Екатерине II с предложением вывести христиан из Крыма.  Турция и Россия — давешние неприятели, а Крымское ханство, подчинённый Османской Порты, приносило много бед южным почвам Украины и России.

В татарских набегах разорялись деревни, тысячи людей становились рабами, лились реки крови, сады, поля и пашни гибли под копытами татарских коней. Несколько раз русская армия сражалась Крым, хотя обезопасить собственные границы и взять выход к Тёмному морю.

В следствии этих походов Российская Федерация ощутимо ослабила Турцию, захватив неприступные крепости Очаков и Азов, и ответственную в стратегическом отношении территорию Молдавии, в битвах исчезали тысячные армии турок. В первой половине 70-ых годов восемнадцатого века войска России под руководством полководца князя Василия Михайловича Долгорукого вошли в Крым, хан Шагин-Гирей принял русское подданство. Конечно же, Турция не имела возможности согласиться с утратой Крыма, между двумя империями назревал вооруженный конфликт.

Но Российская Федерация уже владела достаточной мощью для решительного удара.  Исходя из этого выход христиан из Крыма незадолго до войны устраивал российское правительство.

Обстоятельств тому пара. Во-первых, потому, что большая часть подданных ханства были греки и армяне, занимавшиеся земледелием, ремеслом, торговлей, и ханская казна пополнялась за счет их труда, то по окончании переселения большинства из них в Россию экономика Крымского ханства появилась в упадке. Во-вторых, оставалась опасность расправы над христианами со стороны мусульман.

В-третьих, Готская епархия должна была выйти из подчинения Константинопольскому патриархату, дабы по окончании присоединения Крыма к Российской Федерации Православная Церковь на полуострове управлялась Святейшим Синодом.  Для подготовки выхода христиан из Крыма Российская Федерация выделила 230 тысяч рублей. Хан Шагин-Гирей взял 50 тысяч рублей за то, что не стал чинить препятствий желающим покинуть полуостров, Племянник митрополита Игнатия объехал все поселения христиан, убеждая их решиться покинуть Крым, говоря о льготах, каковые русское правительство приготовило для них: освобождение от налогов на десять лет, наделение почвой по 30 десятин на душу, освобождение от рекрутской повинности. 31 тысяча христиан загрузила собственный добро на подводы и покинула родной край.

Руководили переселением князь Г. А. Потемкин (1739-1791) и граф П. А. Румянцев (1725-1796), но главная тяжесть неприятностей легла на плечи А. В, Суворова (1729-1800).  Для переселенцев были выделены почвы в Азовской губернии, но они не удовлетворили земледельцев. Митрополит Игнатий обратился к графу Г. А. Потемкину прося дать поселиться южнее, в Павловском уезде.

Тут был основан город Мариуполь и двадцать сел, каковые назвали именами тех мест, откуда вышли поселенцы. Так показались Ялта, Гурзуф, Ласпа, Ветхий Крым, Мангуш. Армяне, покинувшие Крым, поселились около крепости святого Димитрия Ростовского, сейчас Ростов-на-Дону.

И потянулись вереницы подвод, увозивших тысячи христиан с полуострова. В начале данной процессии несли чудотворную икону Богоматери. Опустела греческая деревенька Мариамполь, расположенная рядом с монастырем, ее обитатели осели на берегу Азовского моря, их поселение позднее стало городом Мариуполем. В том месте был основан Успенский храм, где продолжительное время хранилась икона Божией матери Одигитрии,.

Митрополит Игнатий взял титул митрополита и российское подданство Готфского и Кефапского. Он появился в 1714 году в Греции, в маленьком городе Гэия, на одном из островов Эгейского моря.

Его род Го-зановых (либо Хозановых) был известен христианским благочестием. При крещении ребенку дали имя Иаков. Он взял образование в Венецианской греческой коллегии, а по окончании испросил разрешение своих родителей стать монахом одного из монастырей на святой горе Афон. Монащество принял с именем Игнатий.

Юного монаха характеризовали как честного, богобоязненного, хорошего нравом, скромного в поведении, целомудренного и благочестивого, наряду с этим отмечалась его свойство прекрасно вести церковные дела. В Константинополе Игнатия возвели в сан митрополита, ас 1771 года он стал митрополитом Готфским и Кефайским в Крыму.

Во второй половине 70-ых годов XVIII века под его управлением христиане покинули Тавриду и ушли в Россию. Источник: gate.crimea.ua

Назад

Свойства антирака нового состава ‘подтверждены’

Далее

Надутая похвала фактически вредна для детей с низкой самооценкой

5 комментариев

  1. Акулов Виктор

    но, довольно странно не признавать террористами "хезболлу", по причине, что они не проводили террористических актов на территори россии, и в тоже время называть террористами ополченцев в сирии, которые тоже не проводили террористических актов на территории россии. логика на уровне ракушки)

  2. Токарев Прохор

    Не, тока в рот, таким как ты, даю…

  3. Mot

    За Одессу закрой ипало, мацковская свинья. Вас тут точно не ждут, казламордый кремлядский нацист. Нам еще касапов вонючих в Одессе не хватало. Окучивай Тамбов и Рязань, питар рашистский.

  4. Maswyn

    Удивляюсь,почему тогда,согласно вашей мысли,до сих пор не привлечены к ответственности организаторы майдана.

  5. Чендев Святослав

    очень разумное предложение.Время всё расставляет на свои места и определяет правых и виноватых.

Добавить комментарий